Холодильник

Вопрос решать нужно было срочно, и решить его по-хорошему смогут только деньги.  Как долго Мишка сможет это скрывать он не знал, но надеялся продержаться пару месяцев. Благо вчера как раз начался самый жаркий сезон в году, и для любителей потолкаться на переполненных пляжах морского курорта открылась новая дверь в лето. Почесав затылок грязным пальцем, он захлопнул крышку холодильника и направился просить дядю Гошу об услуге.

—          Ну дядя Гоша! — Мишка молил профессионально, проникновенно, словно три года отучился в театральном.

—          Миша, дорогой мой! Ну какой аванс?! Где ты видел, чтобы дядя Гоша таки раздавал авансы?! — Гоша пошаркал мимо мальца, протирая очередную дырку в фартуке на огромном пузе, и зашел за прилавок.

—          Дядя Гоша, десять процентов ваши, чистая выгода! — Продолжал договариваться Миша.

—          Шо ты мне тут говоришь, Мишаня? Ну какие десять процентов? Десять процентов, ха! Сара, ты таки слышала этого мальчугана? — обратился хозяин лавки к своей жене, — Он мне говорит, выгода твоя дядя Гоша — целых десять процентов! — Вытирая вымазанные в рыбьих мозгах руки о передник, он продолжил обучать мальчишку.

—          Запомни Миша, десять процентов это тебе на чай на вокзале за багаж дадут, тут дядя Гоша не работает за так. Иди отсюда, не мешай клиентам таки видеть мой прилавок.

Хлюпая носом, Мишка вышел довольный из магазинчика на набережной. Если дядя Гоша на десять не согласился, то на двадцать пойдет как миленький, но уже завтра. Лучшие креветки в городе так просто упускать нельзя. День только начинался, солнце слепило и обжигало кожу, соленый ветер с моря приятно щекотал ноздри. Мишка окинул взглядом пляжную зону и с удовольствием заметил, как разноцветное ассорти из туристов засыпало песок своими телесами. Смекнув, что на улице градусов поди под тридцать с хвостиком, он быстрым шагом отправился на рынок к Лариске и тете Люде, чтобы не терять ни одного дня заработка.

Лариска не была слишком красивой девушкой. Будучи лишь на два года старше Миши, она привлекала внимание только своей необычной косой. Лет эдак в семь от роду ее пьяный папаня решил, что жена ему изменяет с соседом и набросился на нее с топором. Лариска, дура-дурой, вступилась за мамашу и получила небольшой шрам на виске и резко поседевшие волосы. До тринадцати лет у нее голова была белее пены во время прибоя. Но после темно-русые волосы стали отрастать сами по себе. Она решила не обрезать белесую косу, и теперь весь район ее по косе и узнает. Лариска-белая вдова прозвали ее ребята.

Пропетляв между небольшими лавками и магазинчиками, Мишка быстро добежал под палящим солнцем до входа в рынок. Лариска торговала мороженым этим летом и могла дать протекцию другу перед тетей Лидой.

—          Жарко сегодня, дай фруктового пожалуйста, — сходу выпалил Мишаня.

Лариска улыбнулась и достала мороженное из морозильника. Вкратце изложив свою просьбу подруге, Миша получил наставление от девушки, лизнул уже активно тающее мороженое и направился к тете Лиде. Мишка подумал было даже купить девушке что-нибудь приятное с аванса в благодарность, порадовать подругу, но вспомнил о крупных предстоящих расходах и поник.

—          Сколько? — С наскока спросила тетя Лида. Водрузив свое грузное оплывшее тело на маленький стульчик в подсобке, она внимательно пересчитывала вчерашнюю выручку.

—          Два холодильничка. — Быстро выпалил Миша.

—          Два? — Спокойно уточнила тетя Лида.

—          Да, двух на день вполне достаточно. И десять процентов ваши.  — Миша знал тетю Лиду почти всю свою жизнь. Владелица рынка на набережной жила с ним по соседству и еще помнила мальчишку, когда он только учился ходить. Однажды он даже починил ей телевизор, чем заслужил огромное уважение у тети Лиды и всех соседей по двору. В технике у них разбирался только дед Моня, да и то только старое радио мог починить.

—          Десять говоришь… — Задумчиво повторила тетя Лида, продолжая перебирать толстыми пальцами грязные купюры. — Десять можно…-  резюмировала она и наконец отложила толстенную пачку денег на стол и записала итоговую цифру в тетрадке.

—          Пойди к Яше, шо на складах, и возьми у него холодильники, скажи я дала добро…Ох…- Грузное тело с трудом поднималось и тем более перемещалось на оплывших ногах, но тетя Лида все же встала и подошла к мальчишке…- Товар возьмешь у Лариски… Ох…Вечером жду кассу.

—          Спасибо вам, тетя Лида. — Мишка широко улыбнулся и уже хотел было ринуться воплощать задуманное в жизнь.

—          Стой…Ох…Быстрый же ты…- Тетя Лида снова присела на стульчик, благоразумно рассудив, что ноги надо беречь.  —  Как мать то? — Спросила она мальчика.

—          Все хорошо, тетя Лида. Спасибо что спросили.

—          Ну, хорошо то хорошо. Беги. Не забудь, вечером жду кассу! — Крикнула она вдогонку и вернулась к своим записям.

Пляж казался одной большой печкой, на которой рассыпали цветные горошины. Тут и там лежали люди, лежали и плавились под душным летним солнцем. Многие, рассудив, что в воде будет приятней проводить время, заполонили всю прибрежную зону и от души плескались на волнах. Мишке казалось, что еще чуть-чуть и не видно будет песка, лишь шляпки да зонтики всех цветов и размеров.

—          Мороженное! Холодное мороженое! — Мишка, мягко вгрузая в песок, медленно прогуливался под палящими лучами и кричал.

—          Мороженное! Холодное мороженое!

Он ловко переступал между разложенными в беспорядке лежаками и полотенцами. Время было хоть и утреннее, но уже очень жаркое, потому Мишка не просто надеялся заработать, он планировал покрыть свои расходы на аренду креветок у дяди Гоши за следующие два дня.

—          Мороженное! Холодное мороженое!

—          Ха. Холодное мороженое и все! — Двое мальчишек подошли к Мишке и стали подшучивать над ним.

—          Кто ж кричит то такое?! — Черноволосый с курносым носом мальчуган шутил не колко, видно было, что ребята не хотели обидеть новенького.

—          Смотри как надо, — сказал говорливый пацаненок и обратился к другу, — Серега, продемонстрируй навыки профессионала.

Второй мальчишка улыбнулся и сделал несколько шагов вперед, крича во всю глотку.

—          Черноморская креветка для поднятия пипетки! Кто креветку не купил, тот на море протупил! Кто креветку не возьмет, от того жена уйдет!

—          Ну, понял? — спросил черноволосый Мишу.

—          Да…Наверное — Миша ответил неуверенно как-то, несмело. Работа на пляже была для него не сильной новинкой, но и не частым заработком. Миша помогал маме за прилавком в небольшом магазинчике раньше, а сейчас… Сейчас надо было выкручиваться по-другому.

—          Почем креветки? — Широкоплечий с уже наметившимся пузиком мужчина в белой кепке обратился к ребятам.

—          Недорого и главное свежее. Бесплатно попробуйте, за уши потом не оторветесь. Весь товар у меня купите и еще придете. — Затараторил голосистый паренек.

—          Ладно уж бахвалится. Небось, как все, на рынке купили и носите сейчас тут. — Ухмыльнулся потенциальный покупатель.

—          Уважаемый, мы с утра с Серегой лично на лиман ходили, и моя мама засолила не хуже ресторанных шеф-поваров. Это натурпродукт, или вы думаете мы вам тут усики на уши вешаем? Товар свежий, сегодняшний. Мы фуфло не продаем. У нас бизнес, дядя. – Уверенно вступил в разговор черноволосый парниша.

Мужчина улыбнулся еще раз, достал из сумки кошелек и стал отсчитывать купюры.

—          Ладно, верю. Давайте две.

Мишка учился очень быстро. Тетя Лида даже приговаривала что он хватает знания быстрее, чем треска икру мечет. Почему треска и икру он не понимал, но тете Лиде верил. Он схватывал на лету все, что ему требовалось. Поэтому наставления мальчишек Миша встретил приветственно, и тщательно следил за ними, стараясь впитать все хитрости стихийной продажи на пляже. Договорившись с ними на мороженое, он протаскался за удачливыми бизнесменами весь день и продал все, даже заработал сверху. Ребята собирались прощупать другой пляж за дугой на следующий день и предложили Мишке присоединиться. Но разумно рассудив, что он, продавая завтра креветки составит конкуренцию ребятам, решил отказать. Мальчишки попрощались и разошлись каждый в свою сторону.

Сдав кассу тете Лиде и пересчитав оставшийся бонус, Миша воодушевился и отправился домой.

—          Здравствуйте, дед Моня. — Вежливо поздоровался мальчик

—          И тебе не хворать. — Спокойно ответил тот и достал из кармана самокрутки. Дед Моня был настолько стар, что помнил еще первую революцию, о чем частенько рассказывал детям двора. Невысокий и худой, старческая кожа покрыла его тело мелкими морщинами от пяток до головы. Мише казалось, что под его седой густой шевелюрой кожа на голове тоже сморщенная, словно урюк.

—          Марию давно не видел. — Продолжил разговор старожил и смачно затянулся крепчайшим дешевым табаком.

Миша не хотел никому говорить, совсем никому, потому что считал себя виноватым в случившемся. Историю он придумал еще вчера и вот пришла пора проверить ее на прочность.

—          Она устроилась в крутой отель, что в центре, по ночам работать. — Выпалил мальчик на одном дыхании и затих, ожидая продолжения расспросов.

—          А. Ну молодец, молодец. — Дед Моня не заметил ничего странного в таком ответе и не стал развивать тему. Но Мишка решил, что требуется уточнить и выпалил.

—          Она хочет, чтобы я поступил в училище, вот и решила взять несколько смен подряд, чтобы с надбавкой. — Миша продолжил свою нелепую историю. — Вы же знаете, что сейчас все платно.

—          Да, знаю. Раньше не так было, а сейчас да…Хрр…Кхм…- Черная слюна полетела в асфальт и дед Моня, сглотнув оставшееся в горле, снова сделал сильную затяжку.

Решив, что уловка сработал и разговор закончен Миша натянуто улыбнулся деду и направился в свою маленькую и теперь абсолютно пустую квартиру в десять квадратных метров.

Миша хотел устроиться на рыболовный катер и заработать много денег, чтобы они с мамой переехали куда получше. Их жилище ремонтировалось в последний раз еще до того, как его мама переехала в этот двор с маленьким сыном на руках. Облупившиеся стены и штукатурка, куски линолеума выела старость и влажность, ранее цветастые обои посерели от старости. Мишина мама старалась поддерживать чистоту и порядок, но на ремонт, даже мелкий, денег у них никогда не было. Мальчик отчаянно желал заработать, заработать много и сразу, чтобы осчастливить ее прекрасные глаза цвета моря. Но Мария хотела совсем другого. Она мечтала, что ее сын выучится и уедет из этой клоаки в счастье. Туда, где у него будет другая жизнь. Училище могло стать для ее сына якорем надежды на такую жизнь. Вот только холодильник, мерно жужжащий в углу небольшой кухоньки, был с этим не согласен.

—          Креветки покупай, пузо набивай!- Миша уверенно оглашал новые кричалки.

—          Креветки высший класс, налетай и ешь на раз!

—          Свежий улов для каждого готов!

—          Кушай ты креветку, будет стержень крепкий!

—          Улыбнись и покупай, ты креветки привечай!

—          В море ласковый прибой, ешь креветки ты горой!

Продажи шли на ура. Миша по нескольку раз в день бегал к дяде Гоше за пополнением товара. Новый метод продаж и врождённая харизма давали свои плоды. Увидев успехи мальца, дядя Гоша даже скидку сделал. Сказал коротко:

—          В поддержку начинающим предпринимателям.

Каждый день, включая выходные, Миша завлекал гостей и жителей города приобрести креветки по лучшим ценам. К концу сезона его называли креветочный парень, что даже ему льстило в некоторой мере.

—          Креветочный парень, дай три. — Запросил молодой мужчина в семейных плавках.

—          И мне, и мне! — Кричали две маленькие девочки устраиваясь подле папы на лежаке.

—          Ох! Давай четыре. — Решил мужчина и подал Мише деньги.

—          А креветки свежие? — Вальяжно протянула бальзаковского возраста дама в огромной соломенной шляпе.

—          Свежее чем утренний кофе мадам. — Вежливо ответил Миша и выдал свою харизматичную улыбку.

—          Да? — Удивилась дама, — Ну ежели свежее, то дайте мне попробовать.

—          Пробуйте мадам, пробуйте, — Продолжал рисоваться креветочный парень, — У меня даже Отель Гранд Палац закупает их по утрам, для салатов.

—          Даже Отель? — Дельно удивилась дама и попробовала одну на язык, аккуратно держа ее между накладных ногтей. – Тогда давайте две.

—          Почем креветки у вас? — Поинтересовался лысый бугай с идеально выбритой нижней частью лица размером с добрую лопату.

—          Вам со скидкой, если больше двух.

—          Скидка мне не нужна, давай пять. — Отрезал бугай и забрал пакетики с деликатесами.

Продажи шли очень хорошо, Миша отчасти даже был счастлив. Через месяц он купил Лариске огромный пляжный платок, девушки его называли парэо. Рисунок отображал набегающие волны на чистый почти белоснежный песок. Лариса очень обрадовалась и пообещала приготовить ему и Марии как-то фирменный пирог с мясом. Он старался скрывать свое настроение от всех. Каждый день его улыбка озаряла родной пляж и каждый вечер дома на глазах у него выступали слезы. Он садился на кухне на табурет и долго-долго смотрел на холодильник. Слезы катились крупными соляными глыбами вниз по подбородку, обжигая высохшую за день на солнце кожу. Мишка старался не думать о том дне, но раз за разом проклятый старый советский холодильник напоминал ему о случившемся.

Вечером они поссорились, да так что слышал весь двор. Из квартиры напротив на втором этаже в полукруглый классический городской дворик вышел дед Моня и закурил. Прислушавшись к раздающимся крикам, старик покачал головой, но ничего не сказал, продолжил молча сидеть и думать о своем. В большой семье, даже дворовой не принято лезть в чужие ссоры, это все знали. Мишка не выдержал и выбежал из квартиры, словно чайка за добычей, и улетел в сторону ночного прибоя. Спустя несколько часов, подышав ночными волнами и успокоив сердце, он решил вернуться домой и поговорить с матерью еще раз, вразумить ее. Когда он входил, сердце еще колотилось от гнева, и он не заметил сломанный засов. Пройдя в единственную комнату в их жилище, он замер на месте…

—          Привет! — Радостно воскликнула Лариска и зашла внутрь. Мишка вынырнул из очередного витка воспоминаний и одёрнул голову.

—          Привет.  — Ответил мальчик и встал с табурета.

—          А я тебе и тете Марии пирог принесла. Она дома? — Все так же весело говорила белокосая подруга.

—          Нет…- Мишка замялся, Лариска была очень хорошим другом, и он старался ей не врать никогда. Но тут случай был особый. — Она на работе, — выпалил мальчуган и стал услужливо пододвигать табуретку девушке.

—          Ага. Ну, хорошо. Тогда вместе попробуем пирог, да? — Лариса деловито положила пирог на стол и уже ставила на плиту чайник.

Угрюмый холодильник мешал сосредоточится. Его ржавые края и пожелтевшие бока давили на Мишу своим знанием. Эта чертова техника пыталась залезть к нему в голову, заставить прочувствовать свою вину сполна. Мерное тихое жужжание словно напевало ему изнутри и подогревало и без того разожжённый костер сожаления. Миша отвернулся от бело-серого холодильника и уставился на Лариску, стараясь сосредоточится на ее словах. Она говорила что-то о своей работе, кажется тетя Лида ей премию зажилила. Потом она трещала о каких-то своих женских делах, то ли о подружках, то ли о чем-то еще. Миша пытался слушать, специально внимательно смотрел девушке в глаза и ловил каждое слово. Но получалось очень плохо. Боковым зрением Миша видел его, он казалось все сильнее начинал гудеть, увеличивая громкость с каждым мерным жжжжж. Миша проглотил пирог не жуя, поблагодарил подругу за оказанную любезность и обещал передать оставленный кусочек маме. Маме…Ночью он ушел спать на пляж, чтобы не слышать, как эта старая допотопная техника продолжает вешать на него невыносимый груз вины, заставляет постоянно думать о том дне.

Той ночью были такие же прекрасные звезды. Миша смотрел на них в отражении водной глади и не мог налюбоваться. Казалось все проблемы уходили с каждой волной в море, далеко, за пределы этого мира. Тогда он пришел домой с надеждой решить спор и прежде всего извинится. Извинится за свое свинство и несдержанность. Он хотел показать, что уже вырос, что на него можно положиться, что он уже не маленький. А вышло…Вышло все очень плохо. Когда он вошел в комнату то резко замер. Мама лежала в неестественной позе на кровати. Одним движением он преодолел всю комнату и склонился над ее лицом. Ни звука, ни всхлипа. Кровь был по всюду, на разорванном платье, на кровати, по всему телу были резаные раны. Ржавым мазком темно-красная кровь струилась по ногам и рукам. Не сразу Миша заметил, что основной красный галстук висит у нее на шее. Он впал в ступор. Он не мог понять, что произошло и почему. Несколько часов он сидел, держа ее за руку и мерно покачивался из стороны в сторону, тупо глядя ей в широко раскрытые безжизненные глаза цвета моря. Когда первые лучи утреннего солнца коснулись оконной рамы, во дворе послышался шум и грохот. Миша понял, что уже утро и тетя Лида спешит на работу. Он встал и подошел к окну, наблюдая за соседкой. Миша отчаянно не хотел, чтобы его маму запомнили такой, поломанной, изрезанной куклой. Он винил себя, винил что ушел, что не уследил за единственным родным человеком в мире. Он очень хотел, чтобы ее запомнили другой. Он сам стал причиной, что мама умерла, сам. Его не было рядом. Подождав пока, тетя Лида и другие соседи разбредутся по работам, он аккуратно переместил мамино тело и принялся за уборку, обдумывая на ходу свой план.

Утром Мишка вернулся в квартиру и стал пересчитывать денежные запасы. По всему выходило, что, поработав еще пару месяцев с волшебными креветками дяди Гоши, он накопит нужную сумму. Металлический ржавый насмехатель все так же мерно гудел. Миша снова почувствовал приступ паники и тяжелый груз вины опустился на его плечи ударом молота. Он сопротивлялся, гнал от себя навязчивые мысли, пытался убедить себя, что он не виноват. Он не убивал ее, но и не защитил. Но холодильник безразлично продолжать гудеть, впиваясь в его душу противным жжжжжж… Миша выбежал на улицу как ошпаренный, выбивая из головы мерное гудение тупого кухонного аппарата.

—          Привет, Лариска! — Весело отрапортовал Миша.

—          Че запыханный такой, гнался что ль кто за тобой? — Недоверчиво спросила Лариса.

—          Нет! Все в порядке. Слушай, а можно у тебя пару дней, недельку перекантоваться? Мы затеяли основательно потравить насекомых, мама будет ночевать на работе-там комната есть у них для отдыха, а мне деться то некуда.

Договорившись с Ларисой о ночлеге, Миша окончательно решил не возвращаться в квартиру без крайней необходимости. Он продолжал работать на пляже, каждый день придумывая все новые кричалки. Работа днем, пустая болтовня с подругой вечером, но ночи…Ночи сводили его с ума. Мысли как мухи роились в его голове и сон все не приходил.

Спустя несколько дней он принял решение и вернулся в квартиру за вещами. Стараясь не обращать внимание на насмешливое жжжжж металлического аппарата, Миша открыл старый чемодан и стал забрасывать вещи не глядя. Он хотел покинуть это место как можно скорее, убежать, не важно куда, но убежать. Чувство вины гнало его вперед, бередило душу и путало мысли. Побег — единственное верное решение. жжжжж…

—          Да, заткнись ты уже! — Заорал Миша на холодильник и продолжил собираться. Рука предательски потянулось за фотографией. Мама была очень счастливая на ней. Красивая, самая добрая и любимая мама…которую он не уберег.

Бережно положив фотографию в чемодан сверху на кучу разного хлама, он вытер выступившие слезы на глазах и пошел на кухню. Остановился перед металлическим гробом и открыл дверцу.

—          Прости меня пожалуйста, мама. Я тебя очень люблю. — Сказал Миша, обнял окоченевшее тело матери и захлопнул за собой дверцу.

Автор: Сорока А.

Телеграмм: @blogsoroka

<< Следующий Предыдущий >>

4 недели ago

2 комментария

  1. Уведомление: Бюджет — Блог Сороки

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *